Николай Бурляев

0 0

Николай Бурляев

«Не деньги надо делать и думать только о том, сколько ты соберешь в первый уикенд, по такому вульгарному принципу: искусство в массы – деньги в кассы. Суета это!».

Неконъюнктурен. Такой положительный диагноз можно поставить «Золотому витязю» раз и навсегда. И этот самый неконъюнктурный кинофорум России у нас, в Омске. Николай Бурляев и Леонид Полежаев сдержали обещание. Приятно.

И вот еще, совершенно не стоит идти на представленные на этом фестивале фильмы за развлекухой, под попкорн и «Пепси» разочарование будет полным. Искусство под хруст кукурузных хлопьев – это не сюда. Это не для потребителя, это для человека. Который хотя бы иногда вспоминает, что он образ и подобие Бога. И пытается этому хоть как-то соответствовать. В общем, если закралась кому мысль, что он не только желудок, либидо и портмоне, то тогда да – на фильмы «Золотого витязя» идти нужно. Если повезет, то ответы на зудящие душу вопросы можно отыскать. Нет, я, конечно, не утверждаю, что у «Витязя» есть некая монополия на духовность. Просто он ее ищет это то, ради чего он существует. Мы живем в мире суетных целей, вторичных и необязательных, и мы не выбирали себе такую жизнь, мы ее такой сделали. Наша беда и вина перемешались. И, возможно, мы мало чего можем с этим сделать или не хотим, но приятно, что кто-то где-то еще делает это за нас. Ищет смыслы и цели, подлинные, которые не пересчитать, как баксы, и не налить, как водяру. Просто здорово, что есть еще люди, для которых превозносимый коммерческий успех просто фигня. Не критерий и не идеал – просто фигня, без всяких аннексий и контрибуций. И талантливо – это баблом не измеряется. Как у Солженицына – нравственно то, что направлено на взаимное высветление человеческих душ. Или по-шукшински: нравственность – есть правда. А если кому-то нужен живой классик, то, пожалуйста, Михалков: «Радует упорство и непреклонность «Витязя» в служении высоким идеалам. Фестиваль имеет свое лицо, свою художественную и человеческую позицию. Позиция эта позитивна, человеколюбива и последовательна».

Народный артист России, создатель фестиваля «Золотой витязь» Николай Бурляев в эксклюзивном интервью «СуперОмску».

Вопрос: «Золотой витязь», славянский фестиваль в многонациональной Сибири. Культурное явление, которое рождает искренний интерес у людей всех национальностей и вероисповеданий. В чем секрет этого парадокса? Русская душа – большая душа?

Николай Бурляев: Ни у всех народов есть понятие – витязь, есть рыцарь, есть еще нечто другое. А вот что притягивает участников форума к нам, пожалуй, то, что фестиваль – это единственное соборное место планеты для всех деятелей экрана, где можно говорить очень серьезно о самом важном. Например, о том, куда движется кинопроцесс и на твоей Родине, и мировой кинопроцесс. «Золотой витязь» – это место, где художник может высказать собственное мнение, проявить свое мироощущение, обозначить собственное видение глобальных проблем. И мы можем сказать кому угодно – не той дорогой идете, товарищи, неверно. В рынке заблудились, в доходном промысле – не этим надо заниматься, уважаемые кинематографисты. Не деньги надо делать и думать только о том, сколько ты соберешь в первый уикенд. По такому вульгарному принципу: искусство в массы – деньги в кассы. Суета это! О вечном надо думать, если занимаешься искусством. О душе человеческой, о ее просветлении, о том, как твое искусство возвысит человеческую душу. И о том, как ты оправдаешь перед Господом свой приход на эту землю и в кинематограф.

Вопрос: Что особенно интересного предложит фестиваль сибирякам, в чем его главная изюминка?

Николай Бурляев: Меня всякий раз удивляет вопрос об изюминке, каждый год мне его задают. Знаете, если мы будем отличаться от заявленных двадцать лет назад идей – это будет уже не «Золотой витязь». Счастье наше в том, что мы сегодня не отличаемся от первого фестиваля, который прошел двадцать один год тому назад. В том, что мы неизменно придерживаемся нашего девиза – «За нравственные идеалы, за возвышение души человека». У нас и критерии отбора фильмов не изменяются никогда, и эти критерии очень строги. Отсеивается огромное число кинолент. Все уже знают, что на «Золотой витязь» закрыта дорога для пошлости и конъюнктурщины. Такие поделки нам уже просто не предлагают. И это уже понимают не только наши друзья, но и оппоненты. Иногда просто приятно читать, когда критики из числа наших оппонентов, критикуя практически все кинофестивали России, говорят, но есть же «Золотой витязь»! Так и говорят, что относиться к нашему фестивалю можно по-разному, но у них одних из всего фестивального движения есть идея. Это писал Дмитрий Быков, которого трудно заподозрить в излишней лояльности к идеям славянства и православия.

Вопрос: Сегодня фестиваль – это устоявшийся и знаменитый, простите за англицизм, бренд. А с чего он начинался, что пришлось преодолеть его создателю Николаю Бурляеву?

Николай Бурляев: Недоверие. Недоверие к тому, что появился кинофорум с таким девизом. Не только недоброжелатели, но и даже наши потенциальные, тогда еще друзья ездили на фестиваль с опаской что ли. Что это за всеславянский форум, декларирующий идеи православия. Кто-то боялся наткнуться на некий шовинизм, и это было. Но недоверие и опаска прошли, за двадцать лет к нам приезжали представители шестидесяти стран мира. Мы показали шесть тысяч четыреста фильмов, а с Омском этих фильмов будет уже шесть тысяч пятьсот восемьдесят фильмов. То есть, сегодня к нам с интересом и уважением относятся не только друзья, но и оппоненты. Мы состоялись.

Вопрос: Насколько важно устроителям фестиваля встретить благожелательное расположение глав регионов, в которых форум проходит? Кого из губернаторов Вы могли бы выделить в этом отношении?

Николай Бурляев: Это для нас очень важно и ценно, что многие губернаторы в России, с которыми мы общались, думают и помнят, что человек – это не только еда, ЖКХ и деньги, а, как бы пафосно это не звучало, еще и душа. Значит, эти главы регионов понимают, что культура и духовность – вовсе не отвлеченные понятия, а естественная потребность человека. К таким губернаторам, в частности, я могу отнести омского – Леонида Полежаева, липецкого – Олега Королева, тамбовского – Олега Бетина. И это только первые, кто пришел мне на память. Это просто молодцы – они думают о культуре в регионах, которыми руководят. Вообще-то география «Витязя» велика. Мы проводили форум в Иркутске, Челябинске, Тамбове, Рязани, Калуге, Серпухове, Кисловодске, Ставрополье. Проводили фестиваль в блокадной Сербии, в 1993 году, в Приднестровье непризнанном, на Украине, в Белоруссии. Вот так.

Вопрос: Фестиваль – это не только демонстрационная площадка для маститых, но стартовая площадка для начинающих, кого из дебютантов прежних лет Вы могли бы вспомнить и кому фестиваль дал путевку в большое искусство?

Николай Бурляев: Таких имен очень много. И ведь сказать о ком-то – это не упомянуть кого-то. А если перечислять всех, то не хватит никакого времени. Например, в игровом кино – это режиссер Котт. В документальном – Сергей Зайцев, который, кстати, возможно, приедет в Омск на этот фестиваль. Сергей – это вообще наше открытие, мне о нем говорил наш знаменитый писатель Валентин Распутин, советовал посмотреть фильм Зайцева «Погибли за Францию». Что мы и сделали. Потрясающий фильм, мы его взяли на наш форум, дали ему «Золотого витязя», а уже через год он получил главную российскую премию «Золотой орел».

Вопрос: Вы всегда и везде позиционируете себя как православного человека, с чем связаны сегодня нападки на РПЦ, которые, может, и потеряли уже былой запал, но приобрели форму вялотекущей шизофрении? Кому выгодно?

Николай Бурляев: Кому выгодно, так сразу поименно не назовешь. Нужно просто учитывать, что церковь сегодня, помимо ее сакральной сути, – это организация, институт, который безоговорочно патриотичен. Церковь напрямую защищает благо Отечества. Не скрывает и не маскирует своей позиции. К тому же главный объект заботы церкви – это человеческая душа. И не только воля этой души, и не по примитивной формуле – чего душа пожелает в условиях нашей псевдодемократии. Но и в виде ограничений, заповедей божьих. А кому понравятся запреты и те, кто тебе об этом напоминает. Образ и подобие Божье, каковым является человек, нельзя позорить и дискредитировать, но об этом не хочется думать. А церковь думать об этом призывает – вот и повод для недовольства. Ведь это достаточно просто, кому больше всего не хочется, чтобы человек жил по заповедям – дьяволу. В том, наверно, и отличие христианского сознания – для него Бог и дьявол – не абстракции. Это реалии, влияющие на жизнь человека постоянно. Вот, например, Александр Невзоров, известный журналист, талантливый человек, вдруг обрушивается с критикой на Христианство, ладно бы на конкретных священников, некоторых из них, возможно, и есть, за что критиковать, но почему на Христианство, не понимаю. Я ведь Сашу Невзорова знаю очень давно, и мне кажется, он одержим. Я просто по-другому не могу объяснить этих его выпадов. Тут ведь и дилемма заключена: если отвергаешь что-то – предложи что-то взамен. А такая критика напоминает удары под дых – оголтелая и подчас просто хамская.

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

1 × пять =